Уничтожение фресок Ряннеля – это варварство и хамство!

Из четырёх фресок Тойво Ряннеля, созданных в начале 1970-х годов и украшавших стены домов на проспекте имени газеты "Красноярский рабочий", две уже уничтожены гастарбайтерами по заказу "Жилфонда".

В материале Ольги Сорокиной "Кому мешают фрески Ряннеля?" ("Красноярский рабочий", 6 июля с. г.) речь шла о том, что уникальные фрески завешиваются рекламными баннерами и заклеиваются бумажными объявлениями. Никто не предполагал, что события будут развиваться по худшему сценарию, и уже через несколько дней после этой публикации две из четырёх уникальных фресок окажутся безжалостно закрашенными лихими подрядчиками (ООО "Арк-Стоун") по заказу коммунальщиков "Жилфонда".

Народ не безмолвствует

Да, общественность не дремала и била в колокола. Представители инициативной группы, в которую входят люди неравнодушные, обеспокоенные судьбой нашей культуры и сохранением городской среды, обратились в департамент городского хозяйства, в городской совет, в управление культуры городской администрации и в средства массовой информации. В редакцию нашей газеты обратилась Ирина ГУЗОВА, член инициативной группы.

- Каждый день я езжу на работу по проспекту имени газеты "Красноярский рабочий", мимо этих домов с фресками Ряннеля, - рассказывает Ирина Гузова. - Представьте же, какой бурной была моя эмоциональная реакция, когда я увидела, что фрески на двух домах (номера 123 и 125) уже закрашены! Как такое могло случиться?! Когда смотришь на два стоящих рядом дома, испытываешь жуткое ощущение. На одной стене - тёплая живая фреска, на другой - мёртвая зелёная плоскость...

- Зелёный квадрат? Хорошо хоть не чёрный... А что вам сказали доморощенные "малевичи"?

- Когда я 21 июля позвонила руководителю подрядчиков, он сказал, что "Жилфонд" приказал им всё это уничтожить, так как город не выделил средств на сохранение и восстановление фресок. А когда я позвонила сегодня, то услышала, что им дан приказ приостановить это всё "до окончательного решения". Трудно предсказать, что решит департамент городского хозяйства. Пока же они ссылаются на бумаги с подписями жильцов, которые якобы согласны с уничтожением фресок, потому что в противном случае им придётся самим платить за реставрационные работы. Но ведь это же абсурд совершеннейший! Кстати, в телерепортажах можно было видеть и слышать, как жильцы тех же домов выступали против уничтожения фресок. Меня возмущает сам этот подход, сам механизм, используя который уничтожаются произведения искусства, отражающие дух минувшей эпохи. Как может частная компания решать вопросы о художественной ценности того или иного объекта? Как можно было не привлечь художников?

- В Интернете есть мнения о том, что, мол, все эти фрески - заказные работы времён соцреализма, типичный "совок"...

- Идеология тут ни при чём. Монументальное искусство во все времена создавалось по заказу. А фрески Ряннеля, созданные в уникальной технике, хранят дух эпохи, историческую память, они являются символами труда, созидания, а вовсе не тоталитаризма. Очень важно, что эти фрески отражают историю индустриального правобережья, где мало других объектов культурного наследия. Значит, тем более надо их сохранить! Если нет денег на реставрацию, то хотя бы почистить и сохранить то, что есть. А вообще-то основная наша беда в том, что в Красноярске нет главного художника.

Городу нужен художник!

Мы не раз уже писали об этом в нашей газете. Был бы в городе главный художник, чиновники и хозяева частных компаний поумерили бы свою прыть и лихость, вели бы себя с оглядкой. А разбираться в искусстве они, конечно же, не обязаны.

Прокомментировать ситуацию мы попросили руководителя Красноярской организации Союза художников России Сергея АНУФРИЕВА:

- Красноярск, безусловно, имеет своё лицо, как среда обитания. У него есть своя история, своя ландшафтная ситуация, своя культурная среда. С моей точки зрения, Красноярск в большей степени сложился именно как город культурный, а не как промышленный мегаполис или научный центр. Здесь происходят фестивали, конкурсы, всевозможные выставки. Кроме того, город имеет своё архитектурное лицо, которое складывалось в течение долгих лет. И вот пришли времена, когда исчезло понимание того, что мы обязаны сохранять всё то, что нам досталось от предков. Насколько украсили город пластмассовые деревья - это большой вопрос, а вот монументальные произведения, созданные в середине 70-х годов прошлого века, отражают расцвет страны, трудовые подвиги людей. Если тогда во главе всего стоял человек труда, то сейчас главное - заработать денег и гламурно жить.

Что касается фресок на проспекте имени газеты "Красноярский рабочий", они сделаны высокопрофессиональными художниками под руководством нашего славного земляка, народного художника России Тойво Васильевича Ряннеля, которому в этом году исполняется 90 лет и который хочет сделать выставки в Хельсинки, Санкт-Петербурге и Красноярске. И вот именно сейчас нашлись люди, которые закрашивают ряннелевские фрески! Закрасить, конечно, легче, чем сохранить, отреставрировать, чтобы оставить своим детям и внукам, чтобы они гордились своей культурой. Если город превратится в собрание торговых комплексов, то в нём не только не будет комфортно жить, но он навсегда потеряет своё лицо. К сожалению, за последние годы была разрушена система экспертной оценки всех тех процессов, которые призваны формировать и сохранять городскую среду. Я имею в виду городской художественный совет и должность главного художника города.

- Сейчас в Красноярске такой должности нет?

- К сожалению, это так. Хотя во многих субъектах Российской Федерации, у всех наших сибирских соседей (в Иркутске, Новосибирске и в других крупных городах) наряду с главным архитектором есть и главный художник. Именно главный художник отвечает за эстетическую, художественную часть формирования городской среды. Только вместе, синтезированно, главный архитектор и главный художник способны поддерживать городскую культуру. А сейчас мэрия не имеет рычагов воздействия на частные компании, которые занимаются самоуправством. Я считаю, что уничтожение фресок Ряннеля - это даже не варварство, а хамство! Кстати, есть ведь ещё монументальные работы на стенах домов, сделанные в те же годы, в районе Комсомольского городка и на Свободном проспекте. Там их аккуратно покрасили и сохранили, и для этого не потребовались гигантские деньги. Значит, могут быть разные подходы!

- А как решаются эти вопросы за рубежом?

- В Германии, например, если вы живёте в доме, имеющем историческое значение, и захотите вдруг заменить ручку на входной двери - там это исключено! Вас оштрафуют на крупную сумму, и вам придётся всё вернуть, отреставрировать. Там люди ценят свою историю, свою культуру, а мы живём как Иваны, непомнящие родства. Если раньше у нас хотя бы декларировалось стремление к благосостоянию всего народа, то теперь вообще непонятно, на что направлена политика государства. Что мы должны построить? Общество бескультурных забитых людей, которые будут зарабатывать деньги для небольшого количества владельцев? Что мы строим - феодализм? Даже не капитализм... Вон в Финляндии или той же Германии - там капитализм с такой социальной защитой, о которой большевики только мечтали! Главной составляющей государственной политики должна быть культурная основа. Без культуры не может быть никаких достижений ни в экономике, ни в политике. Мы можем деградировать, и не останется таких понятий, как Родина, вера, другие ценности. Свято место пусто не бывает, и духовный вакуум быстро заполнится чуждым продуктом. Мы не будем знать, кто такие Суриков или Ряннель, потому что это требует духовных усилий, зато будем точно знать, что такое терминаторы. Как только забывается история, как только вырастает поколение, которое не знает, что это мы победили в Великой Отечественной войне, значит - всё, значит - победили другие.

- Вот уж будет юбилейный "подарок" для Тойво Васильевича, когда он осенью приедет сюда с выставкой и узнает, что красноярцы закрасили его фрески...

- А мы ему: "Мы же не виноваты, это всё гастарбайтеры..." Но им-то всё равно, это наша проблема. И решить её можно будет только тогда, когда в городе появятся главный художник и экспертный художественный совет, в который должны войти художники, искусствоведы, историки, культурологи, музейщики. Чтобы можно было обсуждать с разных точек зрения и давать рекомендации до того, как какой-нибудь проект будет реализован. У бизнеса нет понимания красоты, им надо лишь быстрее богатеть.

- Но ведь фрески Ряннеля, к примеру, не входят в реестр объектов культурного наследия?

- Совершенно верно. Вот экспертный совет с главным художником и объяснили бы, и дали бы рекомендации, и взяли бы на себя ответственность за принятие решения. Мы в Союзе художников сейчас подготовили наши предложения по этому вопросу - и в очередной раз передадим их в городскую администрацию. Думаю, что найдём там понимание. А с фресками Ряннеля ситуация, конечно, ужасная... Представляете, он приедет, откроет здесь юбилейную выставку, мы будем его поздравлять, говорить красивые слова о том, как его любим, а сами... К великому сожалению, такое отношение к прошлому можно видеть не только в нашем городе, но повсеместно в нашей стране. Но мы-то живём в своём городе! Мы должны его любить, беречь и нести за него ответственность. Ведь потом нам самим будет стыдно, что происходило такое, а мы сидели и не шелохнулись.

Эдуард РУСАКОВ.

На фото: после выступления "Красноярского рабочего" фрески... закрасили.

Фото Ирины ГУЗОВОЙ.