АРС-ПРЕСС

Традиционно на «полях» Больших международных саммитов в ходе различных, закрытых и открытых, двусторонних встреч происходят самые интересные вещи, проходят самые важные переговоры и появляются самые интересные новости. Так случилось и на этот раз, в ходе саммита G20 в мексиканском Лос-Кабосе. Двусторонние переговоры президентов России и США Владимира Путина и Барака Обамы привлекли внимание журналистов едва ли не больше, чем коллегиальные совещания лидеров 20 ведущих стран мира на тему спасения мировой экономики.
За закрытыми дверями

Такой интерес не вполне логичен, но вполне объясним. Многолюдные представительные саммиты служат скорее для прояснения и высказывания позиций каждого из его участников, для демонстрации преимуществ перед остальными и решения неких внутренних задач и персональных проблем. Реальные решения, касающиеся реальной политики (да и экономики тоже), по-прежнему принимаются достаточно узким кругом лиц в максимально ограниченном режиме переговоров. Лучше всего с глазу на глаз. Только тогда можно добиться какого-то согласия или прийти к какому-то решению, пусть даже негативному.

Отсюда понятен повышенный интерес к двусторонним встречам по сравнению с общими заседаниями. Понятен и повышенный интерес именно к встрече Обамы и Путина. Если ключевые переговоры по поводу экономического развития мира все больше и все чаще начинают проходить по линии Вашингтон — Пекин, то политическая ситуация в мире до сих пор в наибольшей степени зависит от состояния отношений на линии Вашингтон — Москва. Во всем мире, надо сказать. Но в первую очередь в наиболее напряженной его на сегодняшний день части — на Ближнем Востоке.
На Ближнем Востоке

Ситуация на Ближнем Востоке обострилась и осложнилась настолько, что дальнейшее откладывание выяснения отношений лидеров двух ведущих стран по этому вопросу было попросту невозможным. И неудивительно, что ближневосточный, в частности сирийский, вопрос оказался главным в переговорах Путина и Обамы, в их совместном итоговом коммюнике и в интересе журналистов к итогам их двусторонней встречи.

Прорыва, как и ожидалось, не произошло. Комментарии президентов, их помощников и секретарей оказались чересчур сдержанными и обтекаемыми. Настолько сдержанными и обтекаемыми, что возникло подозрение в абсолютной неразрешимости противоречий и недостижимости компромисса, этот оглушительный провал лидеры и не захотели столь явно и наглядно демонстрировать перед журналистами и всем миром. Поэтому и прибегли к таким обтекаемым формулировкам, типа «чтобы остановить кровопролитие в Сирии, мы призываем к немедленному прекращению любого насилия и выражаем всестороннюю поддержку усилий спецпосланника ООН Кофи Аннана, включая движение в направлении политического перехода к демократической, плюралистической политической системе, который осуществлялся бы самими сирийцами в рамках суверенитета, независимости, единства и территориальной целостности Сирии». В смысле за все хорошее против всего плохого.

Есть, правда, и другая версия. Какие-то определенные договоренности по сирийскому вопросу достигнуты. Но настолько принципиальные и сенсационные, что опять-таки невозможно их обнародовать здесь и сейчас и остается только прикрывать туманными дипломатическими формулировками. Некоторые зарубежные журналисты так и подумали, указав на то, что к берегам Сирии направляются большие десантные корабли российского Военно-морского флота «Николай Фильченков» и «Цезарь Куников», что, по их мнению, указывает на подготовку русских «к возможности падения режима Асада» и эвакуации «соотечественников и секретной военной техники из Тартуса».
На прежних позициях

Это могло бы свидетельствовать о неких закулисных договоренностях, согласно которым Россия перестает поддерживать Башара Асада в обмен на некие ответные уступки со стороны США, если были бы хоть какие-то свидетельства, что вышеназванные десантные корабли действительно направляются к берегам Сирии для эвакуации «соотечественников и секретной военной техники».

Но таких свидетельств нет. Это только версии. А вот, например, факт. В понедельник британские страховщики аннулировали страховку сахалинскому морскому оператору «Фемко-Менеджмент», после того как обнаружили в водах Шотландии принадлежащий этой компании сухогруз Alaed, который якобы направляется в Сирию с грузом оружия. Морские пограничники Евросоюза на полном серьезе намеревались остановить, проверить и арестовать судно.

Не так уж важно сейчас, есть что-то на нем или нет, оружие оно везет или нет, в Сирию направляется или нет. Важно то, что союзники США по НАТО полагают, что Россия снабжает Асада оружием, и готовы силой прекратить это снабжение. Что позволяет отбросить версию о закулисных договоренностях как несостоятельную и вернуться к изначальной гипотезе — стороны остались на своих позициях.

Обама хоть и подписался под заявлением о необходимости политического процесса, «который помешает кровопролитию и жертвам среди мирного населения», никакого публичного обязательства об отказе поддержки повстанцев на себя не взял и даже не стал заверять, что США сами не начнут военной кампании. Путин по-прежнему выступает за мирный диалог со всеми противоборствующими сторонами, что фактически подтверждает прежний курс на поддержку Асада. Президенты ни о чем не договорились, и недаром почти все журналисты отметили необычайную холодность и сдержанность в их публичном общении, небывалое отсутствие даже протокольных улыбок и комплиментов.

Стороны остались на своих прежних позициях. И по сирийскому вопросу, и по иранскому, и по вопросу ПРО (противоракетной обороны), и по «списку Магнитского», и по поправке Джексона-Вэника. Путин может себе позволить отстаивать свои позиции, потому что он только что выиграл выборы. Обама не может себе позволить сменить позицию, потому что он еще не переизбран. Решение вопросов откладывается на неопределенный срок.

На «полях» Лос-Кабоса

Последние новости