АРС-ПРЕСС

Исследователи Центра «Ваше мнение!» установили: 74 процента жителей Воронежа в возрасте от 25 лет не довольны уровнем грамотности своих детей и внуков – школьников и студентов. Ещё два года назад таковых было 66 процентов. Соответственно, вырос уровень «недопонимания», но уже не на 8, а на 10 процентов. По просьбе «Коммуны» социологи попутно задавали вот какой вопрос: «Знаете ли вы значение слова «тренд»?» Оказалось, что слышали это слово 83 процента горожан, но знают его значение только 44 процента. И такая ситуация весьма симптоматична.

Николай Старых

«Какая жизнь, такие и тренды», – ошарашил меня на днях «эрудированный» сосед-охранник со средним образованием – большой любитель популярных ныне сканвордов (скандинавских кроссвордов). Пожилой человек явно имел в виду не современные экономические тенденции. И с чего это он уподобился тем философам, которые утверждают: бытие определяет сознание?

В пору моего советского студенчества считалось так: тренд (произносится трэнд, от английского тrend) – это тенденция, важное и заметное направление экономического развития. Оказывается, сейчас понятие расширило свои границы. Допустим, высокий чин из Министерства образования может иметь в виду одно, а студенческое сообщество – совсем другое. Для наглядности процитирую замминистра образования и науки РФ Александра Климова. Со страниц массовой «Российской газеты» он на днях просветил народ:

– Ряд трендов потребует быстрой реакции высших учебных заведений, и мы уже наблюдаем определённую нервозность руководителей вузов. В то же время некоторые тенденции носят долгосрочный системный характер. Это, например, размывание границ уровней обучения, появление таких программ, как прикладной бакалавриат. Всё, что связано с непрерывным образованием и образованием взрослых, может сильно повлиять на конфигурацию высшего образования в перспективе 15-20 лет.

Думаю, не один я почесал репу, читая господина хорошего. Вроде бы, по-русски человек говорит, а вроде – и нет… Надеюсь, он в курсе того, какой нехороший тренд (тенденцию, проще говоря) имеет русскоязычный Интернет, который всё больше превращается в словесную помойку. По форумам буквально кочуют уже привычно воспринимаемые студенческой и прочей молодёжью слова-уродцы: ваще, деффчонки, вещчь, отчень, красафчег, ржунимагу, понялчо…

Создаётся впечатление, что грамматика осознанно переворачивается с ног на голову. А если это простая безграмотность, то она – катастрофическая. К тому же усугублённая взаимной грубостью, неприятием чужого мнения и похабщиной. По-видимому, быть в таком сленговом тренде – это всё равно, что быть в стаде; примерно так же, как повально выкладывать в социальных сетях снятые на мобильник собственные фото, описывать в сайт-дневниках своё пустое времяпрепровождениё (это делается изо в день!), слепо следовать моде на всё и вся – на одежду и причёски, на «крутые тусовки и тачки», на беспричинный мат и секс без взаимных обязательств… Откуда такие амбиции, запросы и неразборчивость?

Впрочем, это тема для отдельного разговора. Пока же хочу сказать, что большинство воронежцев (68 процентов) обеспокоены не только печальной тенденцией угробления родного языка, но и тем, что молодые и старшие поколения отдаляются друг от друга, ведь язык – это средство общения и взаимопонимания, способ передачи опыта и знаний. Примечательно, что лишь 43 процента взрослых видят в происходящем свою вину, а 44 процента и себя винят, и негодуют: мол, куда это чиновники и депутаты смотрят?

К сожалению, сакраментальный вопрос «что делать?» остался за рамками оперативного социсследования независимой службы «Ваше мнение!», поскольку он носит фундаментальный характер. Но вот в одной из купленных мною центральных газет (этот номер, к сожалению, затерялся) здравую мысль высказала некая Мария Панкова (или Панова?). Как она считает, для начала надо изменить подходы к преподаванию в школах русского языка и литературы, а также не падать ниц перед ЕГЭ – убогой формой проверки знаний.

Кстати, не сомневаюсь, что рассматриваемая тема совсем не интересна «некоторым» читателям «Коммуны». Мне же не хочется напоминать им о том, что словом можно ранить, а то и убить. А ещё неудобно говорить про Украину и про то, что минувшим летом где-нибудь по соседству с моим родным Кантемировским районом – на Луганщине – боевики Яроша могли лишить жизни человека только за одно слово, сказанное «по-москалячьи».

Впрочем, чего это я стесняюсь называть вещи своими именами? Боюсь растревожить себя и других? А вот активистка Майдана Татьяна Черновол (Тетяна Миколаївна Чорновол, 4.VII.1979, Киев, Уполномоченный Правительства Украины по вопросам антикоррупционной политики с IV.2014) давно не миндальничает. Такой уж у неё тренд (это ходовое англо-американское слово бывший пресс-секретарь лидера радикальной УНА-УНСО Андрея Шкиля наверняка знает давно и хорошо).

Ещё в 2002 году она сформулировала и вложила в уста своего шефа профашистскую программу полуподпольного тогда движения необандеровцев: «Образование и культура будут принадлежать лишь титульной нации, а не свиньям, которые разговаривают быдлячим татаро-мордовским языком… У нас есть большое дело – освободить от москальской оккупации наших братьев, которые страдают на Дону и Кубани…»

В моей родословной есть не только донские казаки, но и западнянские хохлы, однако освобождать меня, вроде как, не надо. А по поводу того, что «освободители» говорят не «быдлячим татаро-мордовским языком», вообще выругаться хочется. Только делать этого не стану – по идейным, так сказать, соображениям.

Во-первых, мне не хочется уподобляться трендовой молодёжи, которая использует мат для «связки слов в предложении». Во-вторых, нахожусь под впечатлением от гастролей в Воронеже актрисы театра и кино Алисы Гребенщиковой. Дочь глубоко почитаемого мною питерского рок-музыканта-философа, лидера группы «Аквариум» Бориса Гребенщикова заявила в кулуарах, что мат – это средство художественного выражения замысла автора, которое порою является абсолютно не заменимым.

Категорически не согласен с этим, даже вопреки схожему мнению большого авторитета – кинорежиссёра Никиты Михалкова, сказавшего однажды, что представить фильмы о войне без нецензурной лексики сложно. Мат изначально – это желание унизить, а то и растоптать морально, это пошлость и агрессия, он несёт в себе не созидательный, а разрушительный заряд, тем более – с экрана или сцены.

Искусство при этом становится грязным слепком унылой действительности. Зачем же зрители должны, по чьей-то «грандиозной» задумке и элементарной прихоти, барахтаться в словесной навозной жиже, а не просто печалиться или радоваться?

А ведь что допустимо «великому Михалкову», то должно быть позволительно и другим деятелям искусств. Вот и образуется мода на сквернословие, чуть ли не гламурный тренд, эдакое пассивное «обогащение» массовой культуры и общественного бытия ненормативной лексикой. В принципе, с этим можно бороться посредством запретительного законодательства, что и пытается делать время от времени российская Госдума.

Отрадно, что заведующая кафедрой филфака Воронежского государственного университета Людмила Кольцова недавно введена в состав Совета при Президенте РФ по русскому языку. Но нельзя не согласиться с мэтром отечественной журналистики Валерием Кичиным (rg.ru/tema/kultura):

– Закон – диета, его задача – напомнить о совести. В хорошем фильме «Чужие письма» некоторые важные принципы общественного бытия были сформулированы точно и навсегда: «Нельзя – и всё тут!»

Выходит, что совесть нынче – категория совсем не трендовая. Она, совесть, никак не прогрессирует в нашем обществе. Во всяком случае, не заявляет о своём существовании как о позитивной тенденции, а тем более – как о модном тренде. Или я ошибаюсь?

Что касается соседа-охранника, который «раз сто» встречал слово «тренд» в сканвордах, тот согласился: – «Нельзя – и всё тут!» – это крепко сказано. Чего дискуссии вести, если действительно нельзя, потому как неприлично, неэтично, аморально, стыдно и так далее.

Но при этом ветеран не стал ломать голову над моим вопросом. Я спросил: что первично – надо хорошо шевелить мозгами, чтобы хорошо жить, или надо хорошо жить, чтобы шевелить мозгами? Конечно же, в виду имелся философский пассаж самого соседа: «Какая жизнь, такие и тренды». «Эрудит» отмахнулся: дескать, чего не скажешь ради красного словца.

В общем, вписывать в сделанные «под копирку» сканворды мудрёные словечки куда проще, чем критически воспринимать действительность и особенно – менять её к лучшему.

А наш русский язык – он, вроде как, и без того могучий, он сам выживет и сохранится. Ну, не знаю, не знаю… А может, хотя бы на продвинутую молодёжь повлияет… компьютерный прогресс? Толстушка-»Неделя» ещё 5 июня удивила: в обозримом будущем создаваемый сотрудниками компании Mikrosoft сервис интернет-телефонии Skype будет синхронно переводить речь с 40 языков! То есть беседуй хоть с турками, хоть с китайцами – и всё будет понятно. Полагаю, сленговые и нецензурные словечки компьютерный переводчик воспринимать не будет.

Такая вот, понимаешь, тенденция (то бишь тренд): пора говорить по-русски!

Экспертиза «Коммуны». Пора говорить… по-русски

Последние новости