АРС-ПРЕСС

— Теперь настоящих ценителей осталось немного, можно по пальцам пересчитать. А в советское время оно было очень популярным. Чуть не в каждом дворе стояла своя голубятня. Птиц держали в сараях, даже на балконах. Однажды увидел, как взрослые ухаживают за голубями, — и загорелся идеей попробовать самому, — вспоминает Геннадий Владимирович. — Родители давали мне на обед каждый день по 15 копеек — не тратил, откладывал. Набиралась нужная сумма — покупал голубя. Одного, другого, третьего… Держал птиц на крыше. Случалось, они улетали или их ловили кошки. Меня это не останавливало.

Родители восторгов парнишки не разделяли. Отец, бывало, и за ремень брался, чтобы Геннадий из-за голубей на уроки не опаздывал.

Своего сына наш герой заразил увлечением. Александр на «ты» с пернатыми с одиннадцати лет. Сейчас у Свальковских пять голубятен. Отец и сын держат около ста птиц.

— Их разведение — целая наука, а ещё ежедневный кропотливый труд, — включается в разговор Александр. — Без еды и воды голубь может прожить не больше трёх дней. Так что не оставишь без присмотра надолго. Некоторые пенсионеры штук по десять держат — им хватает. И затраты на корм не бьют по карману, и места много не надо.

— Голубеводство — дорогое хобби? — интересуюсь.

— Да уж недешёвое, — кивает в ответ Свальковский-младший. — На корм только уходит в среднем три-пять тысяч в месяц. Нужно разнообразное питание, не будешь же одну пшеницу давать.

— Есть и такие, «экономные» хозяева, — продолжает тему Геннадий Владимирович. — Попробуйте человека несколько месяцев на хлебе и воде продержать. Он с трудом ноги переставлять сможет. Голубям уход правильный важен. Мы, к примеру, стараемся ячмень, кукурузу, горошек давать. Для птенцов — перемалываем, чтобы легче усваивалось. Время от времени в воду, для профилактики, йод добавляем. Летом травку разную даём — мокрицу, крапиву. Зимой — рыбий жир. Любому живому организму не обойтись без витаминов.

— Если замечаю, что прихворнула птаха, отсаживаю от остальных. Чужих голубей мы прогоняем, чтобы инфекцию не занесли. За пятьдесят лет столько секретов по уходу за голубями узнал — и не сосчитать! Ещё очень важное условие для их здоровья — регулярные тренировки, которые начинаем с раннего возраста. Едва птенцы встают на крыло. Сегодня отвёз шестерых на Мыс — думаю, через три-четыре часа или, в крайнем случае, завтра вернутся домой. Постепенно расстояние увеличиваю, — обычно не особо разговорчивый, наш собеседник о своих любимцах готов рассказывать часами. Чтобы впечатление было полным, приглашает нас забраться в голубятню. От предложения мы, разумеется, не отказываемся.

В первые секунды здесь трудно что-либо рассмотреть. Птицы срываются с насестов, взволнованно кружат над нашими головами. Просто хотят отпугнуть любопытных гостей. И немудрено: в некоторых гнёздах без присмотра остаются яйца и только что вылупившиеся птенцы.

— Смотрите, какие крохи. Мамочку мы спугнули. Ничего, отойдём — вернётся, — улыбается Геннадий Свальковский. — Голубь и голубка высиживают их по очереди восемнадцать дней. Иногда птенец не в силах пробить скорлупу. Приходится «принимать роды»: помогать малышу проклюнуться.

У этих птиц — всё, как должно быть у людей. Пары сохраняют привязанность на многие годы. Совместно (а главное — очень трепетно!) заботятся о своём потомстве. Жаль только, «по любви» сходиться селекционеры не дают. Пару подбирают по породам — для получения желаемых характеристик у птенцов.

— Каждой голубиной семье требуется отдельное гнездо, чтобы не дрались за территорию. Вот и селим «молодожёнов» в отдельные «квартиры», — отшучивается Александр. — Птицы наши — словно жильцы многоэтажного дома, в окружении многочисленных соседей.

— Много времени тратите на увлечение? — допытываюсь.

— Полтора-два часа в день в среднем, — отвечают наперебой. — Весной — и того больше. Пока пары сформируешь, сено принесёшь (чтобы гнёзда делали), отсадишь… Но это не в тягость — в удовольствие. Общаясь с ними, душой отдыхаешь, получаешь такой заряд адреналина! Вообще напрочь забываешь обо всех проблемах. Привязываешься к голубям очень. Если потерялся или ястреб схватил одного, переживаешь, ночами не спишь.

Чтобы у пернатых в случае чего было больше шансов вернуться домой, на лапки им надевают специальные кольца. Александр даже указал на них фамилию и номер своего телефона. «Хотя… — вздыхает. — Понимаю: вряд ли кто-то позвонит. Птицы у нас хорошие, тренированные».

— Сколько у вас всего пород?

— С ходу и не ответишь, — задумывается Геннадий Свальковский. — Считайте сами: ленинаканские, бакинские, николаевские, свердловские, турецкие. У нас — гонные, или лётные птицы. Ленинаканцев два года назад приобрели. Нас предупреждали: многочисленного потомства не ждите. Один голубь за сезон. Почему? Лапы у них большие, мохнатые. Яйцо такими трудно почувствовать. То закатят его куда-нибудь — и не могут найти, то случайно проткнут скорлупу… Мы придумали выход: забираем яйца — и подкладываем голубям других пород. Таким образом уже 20 птенцов-ленинаканцев вывели.

— Выходит, обманули природу, — вставляет реплику сын и, уже не в силах прервать полёт мысли, продолжает: — Тонкостей в непростом увлечении множество. Постепенно, шаг за шагом, их осваиваешь. Это затягивает. Хочется получить результаты лучше и лучше. Голубеводство — своеобразный спорт. Только тренируешь не детей, а птиц. В начале занятий выпускаешь их размяться три-четыре раза в день. Потом реже, до одного. Чтобы не уставали. Голубь не должен постоянно в клетке сидеть. Небо — его стихия… А как они летают! Просто загляденье.

— У Сашки птица играет, переворачивается в воздухе, — довольно сообщает Геннадий Владимирович. — У меня — тихая, спокойная, выполняет вертикальный полёт.

Чтобы окончательно нас сразить, хозяин дома (который, к слову, построил сам) выпускает нескольких николаевских голубей. «Давай, покажи, что твои «турки» вытворяют!» — настоятельно просит сына.

Нам остаётся только восхищённо наблюдать за фигурами высшего птичьего пилотажа. Красота, которую не опишешь словами.

— Николаевский голубь мне особо дорог, — признаётся Геннадий Свальковский. — Хлопот с ним, конечно, много, но и удовольствие, когда видишь результат, огромное.

Нашего героя трудности никогда не пугали. Он долго искал свою дорожку в жизни. Сначала, по совету родителей, выучился на токаря.

— Первая специальность и сейчас не отпускает, — признаётся. — Время от времени приходится постоять у станка. Есть у меня такой — старенький, ещё в коммунистическое время выпущенный. Хоть в три смены трудись — не перегреется. Крепкий. На совесть сделанный.

Едва исполнилось восемнадцать, Геннадий стал шофёром. Поработал водителем автобуса. Но понимал: всё это не то! Решил: надо искать более прибыльное дело. Простым, но действенным методом проб и ошибок стал осваивать профессию жестянщика (кузовщика).

— А разве где-то этому учат? — пожимает плечами. — Баранку крутил, чтобы с голоду не умереть, — своё дело не бросал. Ещё и сына научил. Сейчас работает он в «Прибое», на катке. В свободное время мне помогает. И голубей вместе гоняем, и машины делаем, — хохочет. — Страна у нас непредсказуемая. Случись что — опереться можешь только на собственные силы. Согласитесь, хороший кузовщик нигде не пропадёт. Это ремесло всегда прокормит. Не на пенсию же рассчитывать…

Многие известные в истории люди пылали страстью к голубям. Увлекался этими птицами Юрий Долгорукий. Русские князья Голицыны впервые организовали регулярную почтовую связь между своими московскими квартирами и загородными домами. Держали голубей также Богдан Хмельницкий, Остап Вишня, Максим Рыльский…

Птичий тренер

Последние новости