Слово как лекарство: справиться с заболеванием помогли журналисты

Сотрудники средств массовой информации и пресс-служб рассказали, как работали с первых дней карантина. И много сил им приходилось тратить на то, чтобы успокаивать жителей, черпавших «последние новости» из Интернета…

– Мы получили сведения о падеже оленей в Ямальском районе чуть ли не за две недели до того, как стало известно о вспышке заболевания, – вспоминает замдиректора ГТРК «Ямал» Марина Вершинина. – Тогда были предположения, что олени погибли из-за теплового удара, мы записывали по этому поводу интервью с представителем района. И когда узнали, что виновата сибирская язва, сразу было решено: нужно туда, снимать, показывать. Выяснили, что на место событий летит вертолет. Там как раз было ровно одно свободное место…

Так оператор ГТРК Илья Спасский и стал первым сотрудником СМИ, побывавшим на месте чрезвычайной ситуации – 25 июля он работал в самом сердце очага, на стойбище, где случился падеж.

– Обедаю, и тут звонок: в два часа будь на вертолетной площадке и оденься во что-нибудь простое, что не жалко. Уже когда мы ждали вертолет, выяснилось, что на полуострове подтверждена вспышка сибирской язвы и я лечу прямо на место. С работы звонили, беспокоились: ничего не трогай, к трупам не подходи, к людям не подходи, а лучше вообще из вертолета носу не кажи… Но выходил, конечно. Я же ее, язву, не вижу, – тундровики ходят, ветеринары, с которыми мне еще обратно возвращаться, с ними спокойно общаются. Если бы всё действительно так страшно было, мы так или иначе подхватили бы там эти споры, – говорит Илья. В итоге он не стал ни прививаться, ни пить лекарства – и остался здоров.

За «пионерами» в работу включились и остальные средства массовой информации.

– Тему вели в ежедневном режиме, она открывала все выпуски новостей, это был главный информационный повод ушедшего лета, – говорит Татьяна Узунова, заместитель главного редактора ОГТРК «Ямал-Регион». – Наши корреспонденты были и в центре событий, в Ямальском районе. На место вылетала Юлия Короткова, с военными работал Илья Дерюшев, который в том числе снимал репортаж прямо из очага… Ребята даже в усеченном составе – у нас, как и у всех, была пора отпусков, – отработали качественно и, я считаю, бесстрашно. Тот же Илья – молодой отец, но он полетел в зону заражения и честно, четко делал то, что должен был.

Напомним, позже «КС» тоже довелось побывать у озера Яро-то и увидеть, как в тундре работают безо всякой спецодежды местные жители, пусть и прошедшие вакцинацию, а специалисты войск РХБ защиты – люди по определению дисциплинированные и подкованные в вопросе – воспринимают как чистую зону, где не нужны никакие меры предосторожности, стоящий в очаге заражения вертолет с открытой дверью. Резонно, что и райцентр в разгар операции отнюдь не напоминал карантинный лагерь.

Но к тому моменту уже вовсю работало «сарафанное радио» в Интернете. Для большинства всё с него и началось – 24 июля в салехардских и ярсалинских пабликах появились первые посты о падеже оленей. Их быстро распространили сетевые СМИ…

САЛЕХАРД «ЗАКРЫВАЛИ» В ИНТЕРНЕТЕ

Полную картину событий сейчас восстанавливает СКР. Но как рассказал Равиль Сафарбеков, пресс-секретарь администрации Ямальского района, обращение со стойбища на озере Яро-то поступило 16 июля.

– На следующий день туда вылетел вертолет, взяли пробы. Посев культуры занимает много времени, во всяком случае, так нам объяснили ученые, – уточняет собеседник. – Поэтому только поздно вечером 24 июля стало известно о диагнозе, и на следующее утро уже прошло срочное заседание в Салехарде, в районе был объявлен карантин…

В соцсетях по этому поводу написали, дескать, власти начали пошевеливаться только после (значит – вследствие) того, как правда выплыла во Всемирной паутине. Дальше – больше.

– В первые дни в Интернете абсолютно не верили, что оленеводам оказывают помощь. Меня, как непосредственного участника событий, это донельзя возмущало – не мог молчать, спорил, доказывал. Понятно, что когда 389 тундровиков выводят из очага практически голыми, сразу обеспечить их всем необходимым невозможно. Уже говорил: за месяц в тундру привезли 400 тонн грузов. За несколько дней столько не собрать и не транспортировать просто физически. Еще из слухов – что это «Газпром» там бурил, хотя в тех местах никакого бурения нет, а то и вовсе споры распыляли с вертолетов или самолетов… Даже комментировать это не хочу, – вздыхает пресс-секретарь.

На ситуацию обратили внимание и федеральные СМИ. Первыми в Ямальский район прилетели сотрудники «Лайф», следом прибыл «Дождь» – и те и другие, отмечает собеседник, отработали спокойно, не нагнетая обстановки, – затем «Новая газета». «КС» сотрудничал с «Лентой.ру», а ГТРК «Ямал» отправлял отснятый материал в ВГТРК, откуда он расходился и по другим федеральным каналам.

– Проблема в том, что часть людей больше верит слухам в соцсетях, чем проверенным источникам и официальным сообщениям, – констатирует Равиль Сафарбеков. – В результате порой местные жители довольно жестко закрывали рот жителям других территорий, которые активно участвовали в обсуждениях. А как быть, если видно, что человек ничего не понимает в происходящем, но активно подогревает ситуацию?

Затем то же самое началось в Салехарде. В Интернете до официального подтверждения появилась достоверная информация о ребенке, скончавшемся в больнице. Но это один случай – а ведь о чем только в те дни не писали пользователи Сети! И почти всё со ссылкой на информированные источники. Военные, мол, не в силах сдержать стремительно распространяющуюся инфекцию, в Салехарде уже есть заболевшие и погибшие, споры попали в водопровод, из города не выехать без справки о состоянии здоровья, а вскоре его вообще закроют… Тема со справками, напомним, аукнулась аж в Сочи – без них, как сообщали информагентства, отдыхающих с Ямала отказывались заселять в гостиницы. Да и материалы коллег местами вызывали вопросы не только к тональности. «В Салехард пока автобусы пускают», – дословная цитата одного из жителей Яр-Сале по «Московскому комсомольцу». Жаль только, не ездят они ни по воде, ни по тундровому бездорожью…

Положение уточняли у ямальских сотрудников СМИ. Телефоны звонили и в редакции «Ямал-Региона». Зрители советовались с журналистами – не стоит ли паковать чемоданы? Ощущение, что важно не навредить неловким словом, было практически осязаемым.

– Звонки бывали и откровенно беспокойные, хотя некое внутреннее напряжение чувствовалось даже у понимавших ситуацию, – говорит Татьяна Узунова. – Из Салехарда очень часто звонили, особенно когда в городе узнали, что сюда доставляют жителей района с подозрением на язву – спрашивали, нужно ли вакцинироваться, насколько заразна болезнь. А один из самых актуальных вопросов был – закроют ли регион. Люди волновались, будет ли возможность выехать в отпуск и вернуться домой. Звонили и уже из-за пределов Ямала – спрашивали, можно ли возвращаться.

РАССКАЗАТЬ, НЕ НАПУГАВ

– Мы постоянно мониторили Интернет, пытались понять, откуда всё это берется в соцсетях, есть ли реальные основания для беспокойства. В тот момент, сидя перед монитором и вспоминая фильмы о Великой Отечественной войне, я начал понимать приказы расстреливать паникеров на месте. Мало того что безответственно, по принципу «одна бабка сказала», – ведь в итоге ни одна из этих якобы горячих новостей не подтвердилась, – констатирует директор регионального Центра развития интернет-коммуникаций Николай Шандрыголов. – Самый пик был, я бы сказал, 3–4 августа, когда все пытались побольше, извините, наврать – выдумывали девочек, уже умерших и умирающих, очередные вспышки, новые зоны… Отчего начинается паника? От незнания. Исправлять положение можно было только оперативной информацией. Заметьте, все высказывания профессионалов сводились к тому, что не надо паниковать. Животные не только в России, но и в любой точке мира болеют регулярно, в том числе и антраксом. Есть болезни и страшнее, просто сибирская язва – в историческом плане «подогретое» название.

– В подаче информации нужно было четко придерживаться баланса: рассказать о реальном положении дел, но выбрать такую тональность, которая сдерживала бы панику. Взвешивалось каждое слово, внимательно просматривался каждый кадр, который попадал в эфир, перепроверялись все источники. Думаю, профессиональный уровень достойно выдержали, – говорит Марина Вершинина. При этом, хотя телерадиокомпания и так работает оперативно, освещение вспышки – случай особый, говорит собеседница. Все собранные сведения обнародовали буквально здесь и сейчас.

 – Это было нужно не нам для красивого эфира, а людям – чтобы как можно больше человек увидели, услышали и узнали об обстановке. Если уже не успевали поставить информацию в эфир, она уходила в Интернет. Не только в текстовом виде – выходила на работу монтажная бригада и монтировала сюжеты для сайта, который в итоге пополнялся практически круглые сутки. Я благодарна каждому человеку. Нужно было выйти поздно вечером, рано утром – выходили и отрабатывали. Никто из сотрудников ни разу не заикнулся о Трудовом кодексе или банально об усталости. Это был момент единения коллектива, совершенно искренней отдачи общему делу.

В «Север-Прессе» же для публикации последних новостей о ликвидации вспышки заболевания завели отдельную вкладку в ленте. И в начале августа обратились к администраторам групп в социальных сетях.

– Написали: ребята, у нас есть раздел с официальной, проверенной информацией. Всё для вас – просто разместите ссылки для читателей, чтобы они могли не продираться через глупейшие комментарии, – рассказывает Николай Шандрыголов. – В некоторых группах отреагировали негативно: «Врете всё, мы вам не верим, мы устроим голосование среди участников». Так вот, с первых часов большинство ответило: им нужны только официальные данные, и других не должно быть.

Да и звонили в СМИ уже чаще по другому поводу: куда и какие вещи нести? После объявления о сборе гуманитарки для пострадавших тундровиков ямальцы спрашивали, чем конкретно смогут помочь.

– Паники не случилось, хотя ее пытались нагнетать. Народ понял, что в СМИ информация правдивая и ей можно верить. В этом плане нужно отдать должное и деятельности губернатора, который в самое ответственное время был в самых горячих точках. Люди видели, что первое лицо не в Москве, а в округе, причем не просто на территории, а в самом Ямальском районе, – резюмирует Николай Шандрыголов.

Комментарий

ЯМАЛЬСКИЕ СМИ ПРОШЛИ ПРОВЕРКУ НА ПРОЧНОСТЬ

– С первых минут чрезвычайной ситуации в Ямальском районе губернатор округа Дмитрий Кобылкин поставил задачу: обеспечить максимальную доступность любой объективной информации, пусть даже самого негативного характера. Мы работали полностью открыто с одним лишь «но» – необходимостью минимизировать риск для здоровья журналистов.

Поэтому в первые дни там, где было опаснее всего, с главой региона выезжали сотрудники пресс-службы губернатора, в очаге работали коллеги из пресс-службы главы Ямальского района, ответственные сотрудники профильных департаментов. Все понимали уровень риска, но никто не отказывался по первому сигналу немедленно лететь и идти туда, куда нужно было. И так 24 часа в сутки. Мне не придется рассказывать о ритме работы – вы сами были непосредственными участниками событий. За четкость и оперативность, доверие, выносливость и готовность рисковать ради выполнения профессионального долга (как бы громко это ни звучало) – слова огромной благодарности ямальским СМИ, ряду центральных медиа и информагенств.

Губернатор назвал всё происходящее проверкой на прочность для всех – так оно и было. В круглосуточном режиме мы все работали без права на ошибку и отвечая за каждое сказанное публично слово. Телефоны пресс-службы звонили, не умолкая, и на все вопросы мы немедленно давали ответы, если они были у нас самих. А для получения проверенной информации все структуры, в том числе и федеральные, в любой час были на расстоянии телефонного звонка.

Самым трудным сообщением, конечно, была горькая новость о гибели ребенка и подтверждении диагноза у людей. А переломным моментом в настроении стала выписка из больницы первой попавшей туда девочки. Ее мы видели в первый день, когда Дмитрий Николаевич посетил пациентов в инфекционном отделении. И вот – здоровой передали родителям в тундре...

Даже после заявлений главного санитарного врача, министра здравоохранения об отсутствии опасности для жителей Ямала и других регионов, мы снова и снова это повторяли, настаивали на том, что эпидемии на Ямале нет. Кстати, в тот же период в полной мере проявилась социальная ответственность некоторых СМИ – точнее, увы, ее отсутствие. В погоне за сенсацией они продолжали нести нелепицу, путая регионы, названия, понятия…

Официальная же информация распространялась максимально – видео, фото, официальные заявления, материалы брифингов появлялись там, где люди их ждали, в том числе в социальных сетях. Приходилось отвечать и на вопросы паникеров, опровергать слухи, вброшенные в Интернет. Главным было сохранять спокойствие и четкость действий в своих рядах, и это получилось. Команда познается в бою.

Многое еще можно рассказать, но всё это вы (корреспонденты и фотографы «КС»), как и все ямальцы, видели, слышали и читали – хроника писалась каждый день и каждый час. Мы просто делали свою работу. И старались вместе с вами успевать за главой региона везде...

Из дневника редактора

ВТОРОЕ АВГУСТА 2016 ГОДА

С девяносто девятого года я работаю в «КС» и никогда не приходилось ни видеть, ни работать в таком темпе. Никакие съезды, саммиты, никакие вип-визиты и выборы не сравнятся с той лавиной событий и информационных поводов, которые мы сейчас переплавляем в газетные страницы.

Сегодня вторник, на часах – 14.22. Золотарёва в ОЦНК на сборе вещей для тундровиков, прямо оттуда поедет в речпорт собирать баржу. Светлана Муртазина готовит отчет в завтрашний номер о брифинге главного инфекциониста. Володя Ганчерко через пятнадцать минут выдвигается на встречу салехардских погорельцев с властями (беда не приходит одна – это лето не только лето язвы, но и лето пожаров!), а к 18.30 отправится на совещание и ожидаемый затем выход к прессе министра здравоохранения РФ Скворцовой. Данил Колосов сводит в один текст, обобщая и структурируя разрозненные информашки, уже вышедшие в воскресенье, вчера и сегодня на сайте «КС» – свою поездку в Ямальский район с замгубернатора Коганом, вчерашнюю с губернатором на станцию Нака, где дислоцируются военные. Наталья Рыбьякова вроде только сдала текст о выделенных округом 90 миллионах рублей на чумы и о разговоре губернатора с Дмитрием Медведевым, а теперь пришла рассказать, что на видеоконференции полпред Игорь Холманских предупредил о возросшей угрозе терроризма.

И вся эта череда событий и новостей не растянута в течение дня – а происходит одновременно, прямо сейчас – в эту минуту! Замглавреда Андрей Баландин едва успевает шлифовать, прилаживать, состыковывать друг с другом этот непрерывный почти круглосуточный поток информации.

Тем временем ответсек Татьяна Покальнетова пытается раздобыть у коллег с ГТРК стоп-кадры с видеоработ по уничтожению погибших оленей. Дизайнеры, которым сегодня сдавать номер, параллельно ваяют листовку против сибирской язвы, которую ночью будут печатать в типографии «Северного издательства» сорокатысячным тиражом для жителей всего Ямала.

И весь этот напряг сопровождается чистым кайфом, редким по силе ощущением значимости нашего ремесла. Его абсолютной нужности и востребованности. Потому что уже натыкаешься в Интернете на бредовые истории «знающих» людей. Потому что коллеги рассказывают про всеведущих таксистов, хоронящих сограждан партиями. Уже звонят знакомые с вопросом, не пора ли им уехать в отпуск пораньше. И ты понимаешь, насколько сейчас нужно наше Слово – честное, компетентное и оперативное, которое ты и твои товарищи сделали своей профессией…

И ты можешь рассказать то, что видел и слышал лично. Что мобилизованы люди, службы и департаменты. Ты видишь в своем подъезде двоих соседей, исхудавших до острых скул, загоревших дочерна парней, только что вернувшихся с тушения лесных пожаров. Один из них беспечно машет загипсованной ногой, закурив, улыбается и говорит, что не знал, что перелом, четыре дня отработал на тушении. Ты знаешь про войска, уже развернувшие работу в тундре и еще ожидаемые подмогу.

И ты понимаешь, что никто, слава Богу, не скрывает информацию, не замалчивает факты. Ты – журналист – можешь и должен обеспечивать оперативную передачу информации от очевидцев, от специалистов, от людей, принимающих решения и реализующих их жителям. И помочь избежать двух вещей – распространения болезни и возникновения паники.

Будем спокойны и вооружены знанием.

И тогда – я точно знаю – воля тысяч ямальцев – врачей, ветеринаров, тундровиков, спасателей, чиновников, мобилизовавших все свои знания и навыки,  а также ресурсы федералов – от Минобороны до Минздрава, всё это, конечно, преодолеет череду напастей, свалившихся на наш Ямал.

«Красный Север» давно живет и помнит те времена, когда еще в сороковом на страницах окружной газеты ветеринары спокойно называли сибирскую язву сезонным заболеванием и перечисляли чуть ли ежегодные вспышки инфекции в двадцатые годы. Справились тогда – когда не было ни сил сегодняшних, ни средств.

Справимся и теперь.