Кошка два месяца ждала хозяина: О чем вам не расскажут мяукающие обитатели Раифского монастыря

Задумчиво и пристально смотрит он на водную гладь, позволяя каждому приходящему сюда дотронуться до своей холодной спины, погладить уши «на счастье» и, загадав желание, положить монетку возле могучих лап. И всегда рядом обязательно окажется, будто ненароком, кто-то из его соплеменников - чрезвычайно подвижных и щедрых на ласку представителей древнего кошачьего рода. 

Кошек в Раифе очень много, это сразу замечает любой прибывающий в это благодатное место. Причем все они настолько разительно отличаются друг от друга, что диву даешься - столько разнообразия пород и все в одном месте: черные, белые, рыжие, серые и цветные как лоскутное одеяло. Крысоловы - это те, что с узкой мордочкой, чтобы удобнее влезать в логово главных врагов всех кошек мира. Другие - мордастые и пушистые, эти когда-то были персами, да испортили породу порочащими связями. Встречаются здесь и гордые «англичанки», тоже, конечно, уже помесь: с круглой как мячик головой и характерно прижатыми ушками. 

Но вот что их всех объединяет и что каждый приезжающий в Раифу отмечает непременно - это очень спокойные, умиротворенные создания. Несомненно, благодать здешних мест действует и на них. Видимо, тут произошло то же самое, что и с лягушками в Раифском озере, которые здесь почему-то не квакают. Как гласит легенда - чтобы не мешать молиться монахам. Значит, и кошкам как существам чувствительным незримо передаются этот общий лад и гармония, что незримо царят над древней обителью. 

Живут раифские кошки, как и их старшие собратья по виду - цари зверей львы, прайдами. То есть семьями, небольшой такой стайкой: мама плюс сыночки да дочки, порой уже весьма подросшие и «на выданье». Главная территория обитания у каждого такого мини-прайда тоже своя. Заходить на чужую территорию, конечно, не возбраняется - иначе какая же это кошка, которая не любит гулять сама по себе? Но все же негласное правило, установленное еще «детьми лейтенанта Шмидта», соблюдается: территория Раифы поделена между кошачьими кланами.

Откуда же они здесь взялись, да еще и в таком множестве? Где живут и чем питаются?

Вот что об истории и происхождении знаменитых раифских кошек рассказала корреспондентам «Казанских ведомостей» монахиня Раифского монастыря Анастасия: 
- 18 лет назад кто-то пошутил и на одном из местных телеканалов прошла бегущая строка: «Раифский монастырь принимает бездомных кошек». Представляете, что началось! Первые живые «подарки» появились так. На месте нынешнего Дома паломника стояла тогда небольшая гостиница для приезжих. Я вышла из нее ранним утром, чтобы отправиться в храм на чтение утреннего правила. А возле дверей - картонная коробка, а в ней мама-кошка и пятеро ее котят. Вот те раз! Ну, приютили, конечно, этих первых кошечек, накормили. И после этого началось безнадзорное, причем в геометрической прогрессии, преумножение рода кошачьего. Кошкам, как известно, достаточно трех месяцев для вынашивания потомства, так что каждые три месяца количество мурлык стало возрастать. А ведь их надо кормить - кошки бегали за каждым неотступно, громко прося еды. Ну что ж, мы начали их кормить, насколько это было возможно из скромного вегетарианского рациона монахов.

Но вот приютить кошек в своих кельях монахи не могут. Согласно древним монастырским уставам не дозволяется монаху держать в келье домашних животных, даже таких, как привычная для всех обычная кошка.

Потом решено было всех монастырских кошек собрать и вывезти за пределы монастыря. Отвезли их километров за 40. Но, как известно исстари, звон колоколов Раифского монастыря разносится в округе на десятки километров. Вот и наши кошки, видимо, ориентируясь на знакомый звук, вернулись, хоть и по одной, но почти все!

С наступлением холодов и зимы они, как и многие городские кошки, облюбовали самое теплое место в монастыре - подвал Троицкого храма. Тогда настоятель Раифского монастыря отец Всеволод велел закрыть дверь в подвал на замок. Этой же ночью кто-то замок спилил... На следующее утро, увидев у подвальных дверей лежавшие на земле распиленные дужки замка, отец Всеволод рассмеялся и махнул рукой: 

- Ну хорошо, так тому и быть! Пусть себе живут здесь наши братья меньшие.
Расписание обители раифские кошки выучили быстро. Особый колокольный звон, приглашающий монахов, трудников и паломников на трапезу, они запомнили тут же. Поэтому обычная картина в Раифском монастыре - шагающая на обед в монастырскую столовую братия и выбегающие с разных концов территории и бодро семенящие в направлении трапезной кошки и коты, которые знают, что обязательно покормят и их.

Со стороны жизнь раифских кошек выглядит очень трогательно. Особенно приезжающие в монастырь умиляются летом - умиротворенные кошки неспешно разгуливают там, где им хочется, либо лениво дремлют под ласковым солнышком. 
Но, к сожалению, все эти истории в благостный рассказ так и не складываются.

В Раифский монастырь до сих пор везут кошек, которые вдруг стали не нужны своим хозяевам. Привозят и новорожденных котят, и немощных от старости кошек, больных и покалеченных. Бывает, что кидают их прямо из окна автомобиля, который разворачивается и тут же стремительно уезжает.

- Как можно бросить из окна авто, словно ненужную вещь, живое существо и уехать, оставив его на волю случая и природы? - не понимает таких поступков монахиня Анастасия. - Ведь монастырь - это же не приют для животных, мы не можем помочь всем брошенным домашним питомцам.

А сколько таких не приученных к жесткой уличной жизни домашних кошек гибнет здесь от бродячих собак! Увы, монахам зачастую приходится подбирать на зеленой траве газонов разорванные в клочья маленькие тельца не сумевших убежать от большого и сильного врага. 

Вот так же однажды на автомобиле в зимнюю стужу сюда привезли и его - большого рыжего красавца-добряка. Это был кот породы перс. За рыжий окрас местные остряки сразу дали ему имя - Чубайс. 
- Морозы тогда стояли под 30 градусов, - вспоминает мать Анастасия. - Местная кошачья диаспора его не приняла - слишком уж он был домашний, не «свойский», охотно давал взять себя на руки, доверчиво заглядывая в глаза. 

Чтобы хоть как-то согреться, кот садился на теплый канализационный люк, что прямо перед входом в монастырь. Он сидел часами, пристально вглядываясь в дорогу, ведущую из монастыря. И терпеливо ждал. Ждал, не обращая внимания на холод и проходящих мимо людей. Надеялся, что вот-вот из-за поворота появится «его» машина. Вот автомобиль остановится, распахнется дверь. Выйдет его хозяин, он бросится к нему на руки, и они вместе уедут домой. Туда, где царят уют, тепло и любовь. 

Вы видели, как кошки плачут? Нет, никогда? Рыжик просидел два месяца на одном и том же месте, на своем люке, день за днем терпеливо вглядываясь в дорогу. И через два месяца, не выдержав, он однажды заплакал от тоски. Мимо проходил охранник монастыря. В тот день продолжала стоять морозная погода, сторож взял кота на руки, чтобы согреть его. И был поражен увиденным. Рыжик, доверчиво прижавшись к теплой куртке мужчины, беззвучно плакал. Слезы его тихо катились вниз и от мороза тут же застывали бусинками...

- А где сейчас Рыжик? Его все же забрали? - с надеждой спросил я монахиню.

- К сожалению, жизнь его так и окончилась - трагически. Летом его кто-то утопил в озере. Первый раз он пришел к нам с измазанными в тине и иле лапами. Его кинули в озеро, но тогда он сумел выбраться на берег. Во второй раз его, вероятно, закинули в озеро уже подальше, густая шерсть перса намокла и не дала шанса доплыть до спасительной суши. Его тело потом прибило к берегу, где мы и обнаружили этого всеобщего любимца и добряка. Кому он помешал? - грустно добавила монахиня Анастасия.

У каждого живого существа есть душа. Оказывается, можно бросить эту живую душу под ноги из окна автомобиля и уехать. Но как потом об этом забыть?