Смоленская повариха Никиты Хрущева

В Демидове живет пенсионерка Надежда Ивановна Карлова. Профессия у нее самая прозаичная - повар. Правда, повар она необычный. В 1950-х годах Надежда готовила для Никиты Хрущева, кормила Екатерину Фурцеву и жарила чебуреки Анастасу Микояну…

На блюдечке с голубой каемочкой

- Надежда Ивановна, как вы попали на дачу Хрущева?

- Я здешняя, демидовская. Родилась в деревне Базыли, но ее давно уже не существует… После школы мечтала уехать в Ригу - учиться на ткачиху. Родители были не против, но моя двоюродная сестра из Симферополя прислала письмо: «Надя, ну какая Рига? Приезжай ко мне!» Я приехала и… обомлела. Представьте себе: на Смоленщине уже глубокая осень, холода, все в пальто кутаются… А там! Птички поют, солнце светит! Думала, в рай попала.

Учиться пошла на повара. А тогда распределение существовало: кого в Феодосию отправили, кого - в Евпаторию, кого - в Алушту… Я вот в Ялте очутилась, в тресте №38. В Ливадии как раз дача Хрущева строилась. В 1955 году, когда ее достроили, нас – трех поваров и официанток - перевели туда. Наша кухня находилась на отдалении от дачи, на возвышенности. Всю еду подавали по специальному лифту.

Я жила в общежитии. В шесть утра меня будили: за окном уже стояла черная «Волга», ждала, чтобы отвезти меня на дачу…

- Что Хрущевы ели на завтрак?

- Мы рассчитывали так: завтрак должен составлять 33% от дневного рациона. Утром на столе в обязательном порядке была каша: манная, овсяная или геркулесовая – в доме у Хрущевых ее по-особенному любили! Очень часто мы пекли блины. Фаршировали их картошкой или рисом с яйцом. Иногда подавали без начинки - складывали горкой. Блины были не пышные. Я и дома только тоненькие пеку, все вокруг удивляются: «Надь, ну как ты так умудряешься?» У меня секрет один есть: нужно тесто хорошо разбить. Для этого давно всякие приспособления придумали, но я и без венчика управляюсь.

Самым сытным был обед - 40% от всего рациона. Остальные 27% приходились на ужин. Вечерняя трапеза делалась легкой. Старались обходиться без мясных блюд зато на овощи не скупились.

Щи да каша - пища наша

- Всегда думала, что такие люди едят если не пищу богов, то уж точно самое лучшее...

- На столах, конечно, было изобилие. Ежедневный бюджет на продуктовый набор составлял 10 рублей. Для сравнения: килограмм огурцов тогда стоил 2 копейки… А какими вкусными были дешевые персики! Я и сейчас их люблю… Южный виноград был величиной со сливу! Форель поступала на кухню в аквариумах. Птицу привозили в живом виде - в клетках.

Кухонная техника по тем временам была фантастической. Представьте себе, мне нужен лаваш, я беру специальную машинку – и она сама из теста делает пласты! А еще была шашлычная размером со шкаф. Укладываешь в ящик мясо на шпажках, засыпаешь соль, подливаешь денатурат (этиловый спирт) и включаешь кнопку. Мясо завертелось! Ни копоти, ни огня …

Не могу сказать, что Хрущевы любили какую-то особенную еду, все было достаточно простым в исполнении: щи, гуляш, бифштекс, ромштекс (стейк из говядины, смоченный взбитой смесью из свежих яиц, воды и соли, а затем запанированный в сухарях)… Кто там что ел конкретно - не знаю. Наше ведь дело - подать на стол.

Часто заказывали луковый суп. Хотите рецепт? Варишь лук, потом разминаешь его вилкой или протираешь. Наливаешь молока, кипятишь до пюреобразного состояния. Добавляешь масло, сливки, пробуешь на вкус - объедение! И на стол… Лук, между прочим, очень полезен для мужской силы.

На даче у Хрущевых очень любили русскую кухню, летом на обед просили приготовить ботвинью (холодный суп на кислом квасе, в него добавляют сваренные и протертые щавель, свекольную ботву, зеленый лук, крапиву и другую съедобную траву).

А вот на даче у Микояна я готовила еду с национальным восточным акцентом – варила плов с бараниной и жарила чебуреки. Весь секрет этих блюд - в специях. У подножия Крымских гор росли травы, которые Анастас Иванович очень любил. Тархун, например.

- Постойте, как вы очутились у Микояна?

- Когда дача у Хрущевых пустовала и дел особо не было, нас посылали в оранжерею – помогать парковым рабочим выращивать газон. До сих пор помню эти ящики с рассадой: представьте себе, всходы брали не пальцами, а специальными щипчиками… К оранжереям примыкала плантация клубники – там мы тоже трудились.

Однажды меня отправили готовить на дачу к Екатерине Алексеевне Фурцевой, потом в Гурзуф, к секретарю ЦК КПСС Аверкию Борисовичу Аристову. Дольше всего, целую неделю, я кормила Микояна. Он мне даже 300 рублей премии выписал - с формулировкой «За образцовое обслуживание». Деньги по тем временам большие! Для сравнения: получала я тогда 100 рублей в месяц.

- Говорят, Никита Сергеевич был заядлым охотником…

- Это правда. Хрущев едет в леса - и мы с ним. В Мухалатке (село близ Ялты) действовало такое негласное правило: утром Никита Сергеевич охотится, а вечером на столе уже должна быть готовая дичь. Обычно нам заказывали тройную или пятерную уху с добавлением кагора. Это когда одну рыбку из бульона вынимаешь, а другую туда бросаешь… Меня очень удивляло, что уху в семье Хрущевых было принять пить из кружек - они никогда не хлебали ее ложками, как суп.

- А что Хрущевы любили на десерт?

- Мороженое. Ой, какое вкусное в Крыму эскимо было! Я на даче Микояна так наелась, что слегла с ангиной. Мне даже специально врача привозили. Доктор велела лечиться яйцами всмятку и прописала теплое питье. Я те рецепты лечения на всю жизнь запомнила.

- Нина Петровна, жена Никиты Сергеевича была полной женщиной. Она как-то боролась с лишним весом? Может быть, пыталась сидеть на диетах?

- Не заметила такого. Я вообще против диет. Вот взять меня: специально не худею, но и не поправляюсь. В день питаюсь пять раз. Не переедаю. На ночь пью простоквашу, двух- или трехдневную. В последнее время не ем мяса - просто отвыкла. Зато люблю свежую редиску - она у меня на днях как раз поспела!

Гости съезжались на дачу

- Вам приходилось бывать на самой даче Хрущева?

- Дача была шикарная, на самом берегу Черного моря. Внутри - бассейн, множество зеркал, ковры на стенах и полах… Мы, конечно, туда только на экскурсию ходили – дюже старались не шастать. Хрущевы в основном приезжали в таком составе: сам Никита Сергеевич, его жена Нина Петровна, сын Сергей Никитич с супругой, внук… Ой, такой ушлый малыш был! Мы раз выглянули в окошко, там женщина подметала. А он ей: «Тетя! Почему вы веником метете, а не метлой?» Свита на даче собиралась большая: братья, сестры, многочисленные родственники… Одновременно могло быть 60 человек! На застольях громко пели песни - по крайней мере, до кухни мелодии долетали.

На летней площадке показывали кино. Прислуге тоже было позволено смотреть – мы пристраивались сзади, после того как сядут хозяева. Как сейчас помню, показывали «Отарову вдову» - чудесный фильм!

- Как к вам относились хозяева?

- Очень хорошо! В 1957 году меня отправили на экскурсию в Москву, в Оружейную палату. Как сейчас помню, поселили нас на Можайском шоссе, рядом с дачей Жукова. Поехала туда с авоськой, а вернулась с чемоданчиком. Добротный такой был, цвета молочного шоколада! Кроме чемоданчика, купила себе хорошие туфли на небольшой платформе… До сих пор в глазах стоят! Больше я в Москве ни разу и не была…

Отношение к нам было очень хорошее. Я бы сказала - бережное. Два года отработала - получила отрез на костюм. К нему еще и туфли с чулками дали! Три года отработала - получила отрез на пальто…

- Вы отработали в Ливадии четыре года?

- Да. А надо было пять!

- И что тогда было бы?

- На пенсию раньше можно было бы уйти. В феврале 1959 года я приехала на месяц домой. Отпуск нам ведь только зимой давали. В ту пору я очень любила бегать на танцы. Однажды повстречала на вечеринке Лешу-гармониста. Через несколько дней он явился к моему отцу свататься. Как сейчас помню: едет на велосипеде, гармонь через плечо… Как увидела, обомлела: ведь никакого слова ему не давала! Но родители настояли: «Ничего не знаем, парень хороший! Идите расписывайтесь!» И мы пошли… 20 февраля расписались, а 23-го я в Крым уехала. Звала его туда, думала, вахтером его устрою. Но ему в сельсовете паспорт не выдали.

Девочки мои в Крыму плакали, когда я увольнялась. С подружкой, Верой, дали друг другу слово, что, пока живы, будем переписываться. И обещание сдержали: переписывались до самой смерти Веры.

Мы с мужем осели в Демидове, прожили счастливую жизнь. Я работала в городской чайной, потом десять лет поваром в интернате… Сейчас на пенсии. Часто для своих домашних делаю котлеты «по-хрущевски». На даче у вождя их любили - куриные, без добавления яйца, но с капелькой молока. А Крым мне до сих пор снится, его красота, вечнозеленые тисы, кипарисы, лавры, лавровишни… Одним словом, рай!