ЗА УДМУРТИЮ РАДУЮТСЯ И НА ЗЕМЛЕ РОЖДЕСТВА ХРИСТОВА

Алиса ЧУДОВА

В прошлом году митрополит Ижевский и Удмуртский Николай был удостоен национальной премии Российского биографического института «Человек года-2007» в номинации «Религия» за вклад в духовное возрождение России. Это звание он оправдал многолетним служением церкви, но самым значительным событием ему самому кажется возрождение и освящение Свято-Михайловского собора, открывшего новую, весьма славную главу в истории епархии.


- Это действительно историческое и спасительное событие. Это то, чем я глубоко горжусь. К нашей радости, сохранился фундамент старого собора, и мы смогли возвести новое здание на том же самом месте. То есть произошло не строительство нового собора, а подлинное возрождение старого. Наши строители использовали ту же технологию восстановления, которая применялась при восстановлении храма Христа Спасителя. Взялись за благое дело всем миром. Когда я и Президент Удмуртии Александр Волков посещали Святейшего Патриарха Алексия в Москве с докладом о том, как продвигаются работы, я пошутил, что строим собор, как в советское время: пятилетку за три года. Он был рад. Но о том, что Святейший Патриарх прибудет на освящение собора, мы и не мечтали: этой чести удостаиваются далеко не все новые и восстановленные храмы. Тем значимее оказалось то, что предстоятель Русской православной церкви все же приехал. И говорит это о том, что Ижевская и Удмуртская епархия значительно повысила свой статус.

Когда меня назначили сюда архиереем, я служил в Канаде. Я тогда взял карту всего Советского Союза, чтобы найти эту епархию, и не нашел… И на архиерейских соборах в Москве другие архиереи часто спрашивали меня, где находится моя епархия, настолько незначительна она была и неизвестна (она и основана была уже после распада СССР). А в минувшем августе многие из них приехали на освящение собора и признавались потом, что такого внимания к церкви как со стороны простых людей, так и со стороны власти не видели больше нигде.


Службы на руинах

- Что дало надежду на возвышение епархии?

- В годы войны в Ижевске не было ни одного храма, хотя до революции здесь было шестнадцать великолепных храмов и церквей. Все они, за исключением собора Александра Невского, были взорваны и сровнены с землей. Лишь немногие люди знали, что некоторые строения – захламленные, полугнилые – раньше были храмовыми постройками. Здесь, в Троицкой церкви, есть старуха, которую называют баба Зоя. Она была сторожем этой церкви с 1943 года – еще в то время, когда все было разрушено, в храмовых помещениях были спортивные склады, а у алтаря - буфет. Я ее называю хранителем этой церкви – она до сих пор ходит по двору как символ этих прошедших лет, восстановления церкви. А вот я сам, принадлежа к церкви и приезжая в Ижевск много лет назад, даже не догадывался, что детский кинотеатр «Колосс» - это лишенный куполов Божий храм. Когда я возглавил Ижевскую и Удмуртскую епархию, то первым делом пришел в коробку, оставшуюся от собора. Оказалось, что все эти десятилетия сохранность здания никто не поддерживал. Стены текли, штукатурка слезла. Это была картина запустения. Сразу же было начато восстановление, и мы проводили службы прямо среди строительных лесов.

Денег у епархии тогда совсем не было, церковь существовала только на пожертвования верующих. А многим прихожанам-пенсионерам в те годы по нескольку месяцев не платили пенсию… Да и во власти еще оставались многие коммунисты, которые на всех собраниях кричали, что лучше взорвать собор, чем тратить деньги на его восстановление. Они готовы были допустить полное разрушение Александро-Невского собора, но не отдавать его церкви. Пришлось вынести и сопротивление части общества, воспитанной в духе атеизма. Помощь тогда пришла со стороны Александра Волкова – он в то время работал в Глазове. Ради того, чтобы защитить право людей на духовную жизнь, он выдержал немало критики в свой адрес. Собор был восстановлен в те же годы, что в Москве храм Христа Спасителя, и стал символом возрождения епархии.

- Станет ли Свято-Михайловский собор кафедральным?

- Святейший Патриарх сравнил историю Свято-Михайловского собора с историей храма Христа Спасителя. Его так же взорвали и так же всем миром восстановили. До революции храм Христа Спасителя был кафедральным, но теперь он стал патриаршим, поскольку кафедральным уже много лет является Богоявленский собор. И хотя Свято-Михайловский собор до революции тоже был кафедральным, сейчас он стал архиерейским, а статус кафедрального останется за собором Александра Невского.

- Церковь стоит на старухах

- Освящение собора было главным, но не единственным событием ушедшего года. Что еще было важным для вас?

- В начале 2007 года я был возведен в сан митрополита. Если сравнивать с воинскими званиями, то я был полковником, а стал генералом Русской православной церкви. Теперь я уже не смогу, уходя, пожаловаться, что ничего не достиг в земной жизни. Напротив, буду благодарить Бога за то, что достиг всего в служении церкви. Путь был долгий и сложный. Достаточно вспомнить обучение в семинарии в 50-е годы. Атмосфера была такая. После урока с преподавателями-священниками мы выходили в коридор, все стены которого были обклеены свежими газетами «Известия» и «Правда» с заголовками на первых полосах: «Покончить с церковным дурманом!», «Покажем по телевизору последнего попа» и т.д. И мы, будущие батюшки, прочитав все это, шли на занятие к светскому преподавателю (изучать Конституцию, например), который между делом говорил: «Жалко мне вас. Вы жизнь себе искалечили, а если женитесь, то и женам искалечите. Недолго попам работа будет. В церковь одни старухи ходят, оставшиеся от 19-го века. Вот умрут, и никого в церкви не будет». Настоятель, под началом которого я начал служить, как-то сказал на такое же обвинение: «В церкви всегда старухи. И тысячу лет назад одни старухи были, и через двести лет старухи будут». Молодежи в церкви много, я сам на службах вижу молодых людей, но нельзя же условия жизни со счетов списывать. В церковь в обычный день может тот прийти, кто на работе не занят, а это старые люди. Молодая женщина день проводит на работе, на учебе, в семье – так и должно быть. А вот поднимет детей, вынянчит внуков – придет в церковь. Из века в век так.


Русские паломники вернулись в Иерусалим

- Вернусь к событиям прошлого года. В конце октября по благословению Святейшего Патриарха я ездил на Святую землю в связи со 160-летием Русской Духовной Миссии в Иерусалиме, поскольку более десяти лет возглавлял ее. Воспоминания о тех годах для меня всегда будут связаны с гордостью за торжество Русской православной церкви. Дело вот в чем.

В Рождество мы всегда служили в Вифлееме с советским патриархом. И европейские радиостанции – «Радио Свободы» и прочие – транслировали эту службу на весь мир, кроме СССР. Мы знали, что в Советском Союзе нас не слышат, и, каюсь, иногда я сомневался, что когда-нибудь услышат. Себя я осознавал счастливейшим из миллионов, ведь мне довелось больше десяти раз на Пасху видеть Благодатный огонь. И это в то время, когда мои соотечественники были лишены этого чуда.

До революции поток паломников из России в Иерусалим и Вифлеем был нескончаем. А за весь советский период из всех стран соцлагеря разве что румыны добирались до Гроба Господня, русских же паломников не было ни одного. Это считалось изменой социалистическим идеалам. Священники Греческой православной церкви, с которыми мы дружили, не раз спрашивали меня с издевкой: «Смотри, сколько людей пришло поклониться Гробу Господню: французы, испанцы, американцы. А где же твои соотечественники - русские?». Я всегда отвечал: «Будут!», хотя сам в это почти не верил. В Союзе была программа уничтожения церкви, а за рубежом русских священников считали агентами КГБ. Помню, в 1974 году Патриарх наградил меня орденом Святогробского креста. И вот выхожу я из патриархии с крестом на красной ленте, а толпа кричит: «Кому вы крест дали?! Поднимите русскому попу рясу – у него там будет орден Ленина и штаны с лампасами!». Какое будущее я мог предречь Русской православной церкви и ее сторонникам тогда? Но как глава миссии старался уверить в лучшем исходе других. И что же? В прошлом году я был в православных монастырях в Иерусалиме, и матушки признались, что слово мое «Будут!» оказалось пророческим: в последние годы среди всех многочисленных паломников на Святую землю 95 процентов – из России. В одну только ночь в октябре, когда мы проводили службу у Гроба Господня, молились и получили причастие три тысячи русских паломников.

Конечно, сейчас я отправился в Иерусалим с внутренним чувством победы. Но какая же радость ждала меня впереди! Надо сказать, что в Вифлееме мы служили всегда, даже когда были военные действия и обстановка между Израилем и Палестиной была напряженной. Безопасность нам обеспечивал лично Ясир Арафат, который относился к нам с большим уважением. В этот раз после проведения службы в храме Рождества Христова мы тоже были приняты на высоком уровне, у мэра Вифлеема. Там я встретил многих арабских православных священников, с которыми был знаком еще в годы своей службы в Иерусалиме. И они показали мне журнал на арабском языке с огромной статьей об освящении Свято-Михайловского собора. Они говорили: «Мы целовали каждую страницу с фотографиями этого храма и творили благодарственные молитвы о том, что у вас свершилось это чудесное событие». Так что о возрождении Свято-Михайловского собора радуются и на земле Рождества Христова.



Любую беду можно преодолеть

- Епархия сейчас переживает расцвет, или это лишь начало пути развития?

- Впереди очень много дел. Предстоит восстановить и построить еще много храмов в сельских приходах. Эта работа не прекратится. Отрадно, что руководители в районах, глядя на дела Президента, тоже способствуют подъему церкви. Епархии передаются останки храмов, которые много лет простояли бесхозными, полуразрушенными, идет материальная помощь. Возрождаются даже самые маленькие приходы.

Это необыкновенно важно, поскольку я вижу, что люди испытывают потребность в вере, в церкви. Я интересовался, как прошли Рождественские праздники и Крещение в республике, даже в самых захолустных селах, приходили ли люди в церковь. Оказалось, что поток людей был нескончаем – за святой водой в Крещение шли и три дня спустя. А ведь столько лет народ был отучен от этого… Но теперь возрождение идет по всей епархии.

- Что сегодня печалит вас, и что радует ваше сердце?

- Я бы согрешил, если бы сказал, что меня что-то печалит. Все меня радует. Конечно, проблемы есть, но разве бывает жизнь без проблем? Зато когда я узнал, как прошли в епархии праздники Рождества и Крещения, уснуть не мог от радости. И когда приходят батюшки со своими бедами (утварь купить не на что, церковь ремонта требует), я говорю, чтобы не отступали, шли к спонсорам, и телефон нужный даю. Любую беду можно преодолеть. Значит, надо радоваться и благодарить Бога.